Ночное задержание
В субботу, 14 февраля 2026 года, без десяти восемь вечера, в ещё зимней темноте от киевского вокзала отошёл поезд № 67/68, следующий в Варшаву. Среди пассажиров был человек, одетый странно для ночного переезда – в дорогом синем костюме и чёрной рубашке с белыми пуговицами. Без галстука, но с той аккуратностью, которая больше подходит для кабинета, чем для купе.
Это был Герман Галущенко – бывший министр энергетики, а впоследствии министр юстиции Украины. Большой патриот и горячий сторонник европейской интеграции.
В половине четвёртого утра поезд остановился на станции Ягодин для прохождения таможенного контроля. Когда вместе с пограничниками в вагоне появились люди в штатском, Герман Валерьевич уже всё понял. Вместо Варшавы его ждала обратная дорога в Киев и тюремная камера.
На третий день без свободы, 18 февраля, суд определил цену возможного освобождения – 200 млн гривен (около 4,6 млн долларов). Прокуратура настаивала на 425 млн, но никакой разницы в сумме залога на самом деле не было. Сам Галущенко в суде заявил, что, скорее всего, теперь ему сидеть в СИЗО многие годы, поскольку сам он способен заплатить за своё условное освобождение не больше 20-30 миллионов.
Здесь важен подтекст. На самом деле дело вовсе не в 200 миллионах. Просто для того чтобы выйти под залог кроме решения суда нужно ещё заручиться благосклонностью начальства. В противном случае тебя просто снова арестуют на выходе из СИЗО. И так можно ходить кругами сколько угодно раз, пока у тебя не закончатся деньги.
Киевская Бастилия
Сейчас Герман Галущенко – в Лукьяновском СИЗО №13 Киева. Это один из самых больших и известных следственных изоляторов страны.
Ранее пребывание в следственном изоляторе ограничивалось полутора годами. Однако в 2012 в уголовно-процессуальный кодекс были внесены правки, благодаря которым человека стало возможным держать за решёткой до приговора сколько угодно времени, хоть пожизненно. Статью 331 УПК переформулировали так, что после передачи дела в суд тот может оставить подозреваемого в СИЗО на 60 суток, но продлевать это решение может неограниченное число раз.
Новый УПК позиционировался как гуманизация уголовного процесса и выполнение обязательств перед Советом Европы и ЕС. Но по факту «гуманизировали» так, что человека стало возможным пожизненно держать за решёткой без приговора суда. Этой нормой стали охотно пользоваться для политических преследований своих оппонентов все последующие президенты. Не испытывая, впрочем, никакой благодарности к её инициатору Виктору Януковичу.
До обмена здесь находился известный писатель и истовый православный верующий Ян Таксюр. Здесь же с февраля 2023 года томится православный журналист Дмитрий Скворцов вся вина которого – статьи о гонениях на каноническую православную церковь.
Сейчас здесь содержится бывший народный депутат Фёдор Христенко, экстрадированный из Объединённых Арабских Эмиратов в сентябре 2025 года. Киев его даже не подавал в розыск Интерпола, обоснованно полагая, что тот откажет из-за отсутствия оснований. В то же время по слухам Зеленский лично четыре раза звонил руководству ОАЭ и те к конечном счёте уступили.
Бывают в Лукьяновском СИЗО и высокопоставленные чиновники, обвинённые в коррупции. Правда, по тому же делу «Мидас» до последнего времени оставался только советник Галущенко Игорь Миронюк. Сейчас к нему присоединился и его бывший начальник. Все остальные вышли под залог, включая вице-премьер-министра Алексей Чернышова, который заплатил 51,6 млн грн.
Вина Галущенко
Герман Галущенко обвиняется в рамках того же дела «Мидас» о коррупции в энергетической сфере, о которой стало известно в ноябре прошлого года. По версии следствия, в отрасли действовала группа, которая получала крупные откаты от подрядчиков. Общая сумма таких выплат, по оценке НАБУ и САП, превышает 100 млн долларов.
Следствие утверждает, что в феврале 2021 года на острове Ангилья был зарегистрирован инвестиционный фонд объёмом около 100 млн долларов. Параллельно на Маршалловых Островах были созданы две компании, включённые в структуру траста в Сент-Китс и Невис. Бенефициарами указанных структур, по данным НАБУ, выступали бывшая супруга Галущенко и четверо его детей.
Следствие считает, что через эти структуры проходили деньги из энергетического сектора, в том числе с использованием криптовалюты.
По данным прокуроров, лично Галущенко в период с 2020 по 2025 год получил около 9 млн долларов, а общий объём средств, связанных с ним, оценивается примерно в 13 млн. Ему инкриминируют участие в организованной группе и легализацию доходов.
Ошибка Галущенко
Если говорить о деле «Мидас» в целом, то вырисовывается следующая картина. Друзья Зеленского – Шефир, Миндич и Цукерман – придумали схему как красть через «Энергоатом».
Схема безукоризненно работала пять лет под непосредственным кураторством Андрея Ермака и с ведома Владимира Зеленского. Деньги легализовывались через инвестфонд, траст, криптовалюту, офшоры и швейцарские банки. АЭС тем временем продолжали ветшать, а угроза атомной аварии – расти.
Если бы эти деньги зарабатывались внутри страны, было бы ещё полбеды. Но это была 100% западная финансовая помощь, которую давали совсем на другое. И тогда дело «Мидас» из секретного делопроизводства НАБУ превратилось в публичный процесс.
И здесь вырисовывается такая закономерность: люди с такими фамилиями как Цукерман, Миндич, Шефир – спокойно выезжают из страны, а люди с такими фамилиями как Галущенко, Миронюк – попадают в СИЗО.
Выводы
Задержание Германа Галущенко – не просто коррупционный эпизод, а симптом более глубокого процесса. История несостоявшегося «поезда в Варшаву» приводит к двум выводам.
Первый – это то, что у людей с фамилиями Миндич, Цукерман и подобными существует некий общий и очень сильно закрытый канал коммуникации с Зеленским, который позволяет им чувствовать себя более-менее безопасно и спокойно уезжать без риска попасть за решётку. У людей с фамилиями типа «Галущенко» такого канала нет, безопасность им совсем не гарантирована и в случае чего ими легко пожертвуют.
Но так ли виноваты «миндичи» в том, что они гуляют по берегу моря в Израиле, а «галущенки» сидят с Лукьяновском СИЗО?
Из опубликованных материалов прослушки следует, что Герман Галущенко мечтал уехать куда-нибудь послом. Это важная деталь, наглядно показывающая психологию киевской элиты. Посольская должность – почти идеальный компромисс для человека, который тяготится внутренней ситуацией, но не мыслит себя вне государственной системы.
Иначе говоря, проблема была не в отсутствии возможности уехать. Галущенко в суде прямо заявил: если бы хотел скрыться, сделал бы это раньше и незаметно. В этой части с ним трудно спорить. Возможностей покинуть страну у представителей высшего слоя власти объективно больше, чем у обычных граждан. Вопрос не в возможности, а в решении. Он тянул до последнего – рассчитывая, что система, частью которой он являлся, всё-таки его защитит.
Это и есть ключ к более широкому выводу. Элита часто до последнего держится за доступ к ресурсам, статусу и влиянию, даже когда понимает, что пространство манёвра сужается.
В этом смысле уместна старая метафора с ловушкой для обезьяны. Ящик с апельсином и узким отверстием куда обезьяна может просунуть только пустую руку. Но когда она хватает апельсин, то вытащить руку уже не может. А бросить апельсин тоже не может из своеобразной обезьяньей жадности. Так и сидит у ящика пока её не заберет охотник.
Что-то подобное сейчас происходит с киевской элитой. «Апельсин» здесь – даже не должность сама по себе, а символическая принадлежность к системе. Они точно также не могут вовремя «разжать руку» ибо это означает признать конец карьеры в её прежнем виде.
И в этом, вероятно, главный итог всей истории. Когда государство усиливает контроль над низами, сигнал для верхов уже прозвучал. И выигрывает тот, кто раньше других понимает, что прежней жизни уже не будет.
Схема отъезда послом после должности министра – была абсолютно рабочая при прежних президентах, но сейчас этот поезд уже ушёл. Демократия была хороша не только для народа, но и для элиты, хотя она этого не вполне осознавала. Не осознаёт она что потеряла, по всей видимости, и сейчас.
