1921 год.
Наибольший страх у украинцев вызывают аббревиатуры «ЦК» и «ВЧК».
2024 год.
Наибольший страх у граждан при упоминании «ТЦК» и «ВЛК».
Стоило из-за двух букв огород городить?
Кость Бондаренко
Глобальная статистическая иллюзия
Украинский подход
Главное, что нужно понять если хочешь знать численность населения Украины – это то, что первая, она же последняя перепись населения на Украине проводилась во время президентства Леонида Кучмы в 2001 году. С тех пор все официальные демографические данные выводились исключительно синтетически. То есть никого уже не считали, а просто от базового показателя 2001-го что-то прибавляли и что-то вычитали. А теперь представьте, какая за четверть века в этих вычислениях накопилась погрешность.
В январе 2020 года на Украине была проведена электронная или заочная «перепись» населения, которая якобы показала, что в стране якобы проживает 37 млн. человек. На самом деле переписью это назвать нельзя. Чиновники просто запросили у мобильных операторов данные о количестве абонентов и сложили их вместе. То что многие на Украине имеют несколько SIM-карт при этом не учитывалось.
Эти данные якобы сравнили с данными Госстата и ДРФО – Государственного реестра физических лиц и все три цифры якобы сошлись. Нюанс в том, что как формируются данные Госстата мы описали в предыдущем абзаце, а ДРФО показывает не проживающих на Украине в настоящий момент, а всех когда либо получавших идентификационный номер, включая уехавших и умерших.
Таким образом можно точно сказать, что «официальные» 37 миллионов в 2020 году – это цифра и близко не соответствующая действительности.
Российский подход
Парадокс российского восприятия заключается в том, что люди крайне предвзято относятся к любой информации с Украины – и это абсолютно разумно. Но для статистики почему-то делается исключение. Цифрам верят почти религиозно, как своим собственным.
Пример: 21 сентября все крупные российские издания сообщили «новость» о том, что население Украины якобы сократилось до 28,7 млн человек. Источником стала «ВВС-Украина», сославшаяся на Миграционную службу Украины. И всё это подавалось это без тени сомнения – как безусловная истина.
Отчасти эта вера идёт и от отсутствия альтернативных источников информации. Если бы в РФ был, например, Институт Украины, он мог бы стать таким источником объективной информации. Но такого института в России нет. Институт Азии и Африки есть, а Украины – нет. Видимо, Африка важнее.
Западный подход
Точно такой же уровень «точности» демонстрируют и западные источники.
Книга фактов ЦРУ (CIA World Factbook) указывает: на Украине проживает 35 661 826 человек. Американские разведчики подсчитали жителей Украины до одного человека! Но при этом добавили пометку «данные приблизительные». Получилось смешно.
Википедия выглядит не лучше. Русскоязычная версия утверждает, что на Украине проживает 40,9 млн постоянных жителей и 41,1 млн наличного населения, тогда как англоязычная страница приводит цифру «приблизительно 33,4 млн». Разброс почти в восемь миллионов только в зависимости от языка страницы – это к вопросу о доверии к информации в Википедии
Многие мировые эксперты в качестве эталона берут цифру количества населения из отчёта МВФ World Economic Outlook, считая её наиболее достоверной. Однако в этом же отчёте прямо сказано, что данные о количестве населения Украины МВФ получил... опять таки из Киева в 2020 году, то есть из той же самой «электронной переписи». Как говорится, круг замкнулся.
Сколько же людей на самом деле?
На самом деле на вопрос сколько сейчас людей проживает на Украине ответить можно только приблизительно. В социологии есть ряд метод косвенного подсчета населения, в частности, по количеству потребляемого хлеба. В 2022 году он давал цифру приблизительно в 20 миллионов человек.
Если от этой цифры вычесть почти 7 млн беженцев, разъехавшихся по всему миру, то под контролем Киева остаётся около 13 млн. Правда, после этого было много тех кто вернулся. Распространённой практикой является поехать в Германию, получить там квартиру, оформить пособие, квартиру сдать в аренду и уехать обратно к себе домой.
Поэтому будем исходить из того, что на подконтрольной Киеву территории в настоящее время проживает 14 миллионов человек. Эта оценка очень грубая, но она хотя бы основана на объективных фактических данных, а не профанации «электронных переписей».
Мобилизационный потенциал
Цифра в 14 миллионов жителей, конечно, выглядит крошечной по сравнению с советскими 52 миллионами. Но если вдуматься, это всё равно огромный ресурс. Даже с таким населением Украина остаётся в числе крупных европейских стран. И эта цифра особенно впечатляет, если сопоставить её с количеством реально воюющих.
По оценке OSW (Centre for Eastern Studies, апрель 2025 года), на передовой сейчас находится не более 300 тысяч человек. Всего же в ВСУ служат около 900 тысяч человек. То есть на передовой находится каждый третий – это очень много. К примеру во Вьетнамской войне в американской армии на одного воюющего было восемь человек обслуживающего персонала.
При этом если принять 14 млн за реальное население, то получается, что на фронте сейчас воюет всего лишь каждый 46-й житель Украины. Немного не похоже на тотальную войну украинского народа, о которой говорит киевская пропаганда, не так ли?
Теперь посмотрим на возрастную структуру. В среднем дети и подростки до 18 лет составляют около 31 % населения. Значит, потенциально способных держать оружие – 69 %. Верхнего возрастного предела в ВСУ сейчас нет – недавно Зеленский его отменил своим указом.
Исходя из этого выходит, что сейчас на Украине в призывном возрасте находится 9,6 миллиона человек.
Отнимаем те 900 тысяч что уже служат в ВСУ и получаем, что чистый мобилизационный резерв Украины превышает 8 миллионов человек. Если же говорить только о тех, кто находится непосредственно на фронте, то за каждым из них условно стоят 30 тех, кто может его заменить.
Таким образом, вывод однозначен: теоретически мобилизационный ресурс Украины огромен!
Поправки на реалии
Женщины в ВСУ
Итак, расчёты дают впечатляющий мобилизационный потенциал. Однако это лишь теория. Чтобы он стал реальностью, потребовалось бы, чтобы весь народ без исключения встал на защиту страны. В действительности всё выглядит иначе.
Во-первых, половина из этих 8 миллионов – женщины. Запрета на службу для женщин нет, но массового стремления идти в армию тоже. Универсальная отговорка: «нас этому не учили». Принудительная мобилизация женщин в повестку пока не вошла – власти на такой шаг пока не решаются, хотя разговоры об этом идут давно.
Сегодня в Вооружённых силах Украины служит примерно 46 тыс. женщин, из них 5,5 тыс. – непосредственно на фронте. Если говорить по-простому, то это ни о чём.
Но и с оставшимися в тылу мужчинами не все так просто.
Легальные уклонисты
В феврале 2022 года очереди в военкоматы символизировали всенародный патриотический порыв. Но он быстро иссяк. Сегодня число добровольцев, готовых пойти в ВСУ по собственному желанию фактически равно нулю. Попытки заманить людей на войну деньгами и льготами провалились.
Все, наоборот, стремятся от мобилизации всеми способами уклониться, и самый очевидный из них – легальная «бронь». Отсрочку от мобилизации на данный момент имеют студенты, сотрудники предприятий из списка «критически важных», чиновники, многодетные отцы и прочие категории. Власти несколько раз пытались сократить эту довольно многочисленную категорию, но каждый раз она только, наоборот, увеличивалась. Разгадка этого парадокса – в коррупции. «Бронь» от мобилизации стала высоколиквидным товаром. А спрос, как известно, формирует предложение.
Уклонисты по Дарвину
Если даже условно отбросить половину «легальных уклонистов» из предыдущего раздела, остаётся ещё около 2 миллионов мужчин, которых можно отправить на службу силой. Однако качественно это уже совершенно другие люди, чем были до начала конфликта.
За три с лишним года войны украинское мужское сообщество прошло естественный отбор – практически по Дарвину. В армию ушли и в значительной мере погибли менее приспособленные к новым условиям: наивные, доверчивые, слабые, застенчивые, медлительные. А в тылу выжили люди сумевшие приспособиться к агрессивной среде обитания – умные, ловкие, сообразительные, внимательные, быстро думающие.
Изменения заметны даже невооружённым глазом. Вначале люди делали вид, что не замечают мобилизационных патрулей, бегство от них считалось недостойным. Было принято пугать военных полицией, цитировать им законы и Конституцию. Теперь же, завидев патруль, мужчины ведут себя куда более рационально: они тут же убегают стремглав, никто этого уже не стесняется.
Отдельную категорию составляют десятки, а, может, и сотни тысяч мужчин, находящихся на самоизоляции – они месяцами, а то и годами сидят по домам, выходя на улицу разве что ночью и крайне осторожно. Их семьи содержат женщины, ставшие для них опорой.
Настроения в обществе
Важный аспект мобилизационного потенциала – это настроения в обществе. Позитивная мотивация – это восприятие войны как справедливой со стороны своего государства, негативная – степень травмированности общества от потерь.
Не будем сейчас останавливаться на первом аспекте – это отдельная большая тема, рассмотрим только второй. Мы уже делали отдельный материал о количестве потерь в ВСУ где по нескольким методикам пришли к выводу, что за время СВО погибло примерно 500 тысяч украинцев. Это в два раза ниже чем дает российская пропаганда (1 млн.) и в 16 раз ниже, чем признаёт Зеленский (30 тыс.).
Любопытно, что к той же цифре в полмиллиона погибших украинцев, «по ощущениям» пришёл и бывший народный депутат Украины Игорь Мосийчук. Интуиция у него, надо признать, работает безупречно.
Цифра в 500 тысяч потерь выглядит внушительно – это численность населения большого областного центра. Однако если соотнести эти данные с общей численностью населения, то получается, что погиб каждый 28-й украинец. В бытовом измерении это означает, что горе пришло примерно в каждую десятую семью. Это привело к тому, что более всего людей сейчас больше всего страшит насильственная мобилизация. Причём, на этом направлении общество прямо сейчас переходит от фазы пассивного недовольства к открытому противостоянию.
Показательный случай произошёл 22 сентября 2025 года в Калуше – там местные жители ворвались в военкомат и силой освободили содержащихся там мобилизованных. Драки с мобилизационными патрулями уже давно стали нормой, но штурм ТЦК организованной группой – это уже качественно новый уровень противостояния государства и населения.
Итоги: мобилизационный потенциал и реальность
Формально Украина всё ещё остаётся крупным европейским государством. Даже если исходить из реальной численности населения в районе 14 миллионов человек, её потенциал для продолжения войны выглядит солидным.
Теоретический мобилизационный резерв десятикратно превышает нынешнюю численность ВСУ. Однако по факту он разъеден демографическими потерями, массовым уклонением и усталостью общества. Реалистично власти могут рассчитывать на гораздо меньшее число, причём их качество и мотивация несопоставимы с первой волной мобилизации 2022 года.
Украина ещё способна продолжать мобилизацию, но этот процесс превращается в выжимание последних ресурсов из общества. Тенденция очевидна: чем дольше продолжается мобилизация, тем труднее властям выловить из общества «остаточный контингент».
Вместе с тем, недавний штурм ТЦК говорит о том что в целом украинское общество переходит от единичных случаев неповиновения представителям власти к более организованным формам сопротивления. Теоретически со временем это должно перерасти в массовые бунты, а затем и перейти в форму гражданской войны.
