Военная полиция
Помимо уже существующих силовых структур, занятых удержанием в повиновении собственных граждан – СБУ, полиции, Погранвойск и Нацгвардии, создаётся ещё одна – Военная полиция.
Министерство обороны Украины призывает народных депутатов определить приоритетным законопроект № 6569-д о создании военной полиции на базе Военной службы правопорядка ВСУ. Она будет иметь право розыска, задержания военнослужащих, фиксации преступлений, и защиты их прав по стандарту НАТО АIР-3.21.
Министерство подчеркивает необходимость следственных полномочий для военной полиции и планирует сотрудничать с депутатами для совершенствования законопроекта.
Этот документ имеет ключевое значение для Вооруженных сил Украины, которые остро нуждаются в создании системы юстиции, первым шагом к которой является именно военная полиция.
СЗЧ
Минобороны призывает Раду как можно быстрее принять закон о военной полиции потому что случаи СЗЧ (самовольного оставления места службы) приобрели характер эпидемии. Развернув беспредельную мобилизацию у Зеленского не подумали, что люди – не животные. Затащив с тумаками человека в армию странно рассчитывать, что он будет патриотом своей страны и хорошим солдатом. Для него враг не за линией фронта, а перед собой.
Желающих добровольно сдаться в плен сравнительно немного, поскольку дело это достаточно рискованное из-за минных полей и собственных ополоумевших сослуживцев. Да и украинская пропаганда, рассказывающая сказки про жестоких русских орков, тоже в какой-то мере действует на размягчённые информационной изоляцией мозги. А вот побеги из воинских частей действительно стали эпидемией. Особенно это касается учебных частей и полигонов, куда в первую очередь отправляют насильно мобилизованных.
Причём, если СЗЧшник (самовольно покинувший своё подразделение) сбежал без оружия, искать его сейчас практически некому. Полицию сократили и она вместе с ТЦКшниками занята отловом «добровольцев». Её едва хватает на то чтобы заниматься только самыми резонансными преступлениями.
Поэтому для того чтобы удержать в частях насильно мобилизованных, которые начинают массово дезертировать.
Деньги на концлагерь
Создание военной полиции вместе с увеличением расходов на другие репрессивные структуры спровоцировало дыру в государственном бюджете в 300 миллиардов гривен. Заполнить её рассчитывают за счёт траншей внешней финансовой помощи, а также увеличивая финансовое бремя для населения внутри страны разными способами.
Расходы на войну на Украине сопоставимы с расходами на удержании в повиновении собственных граждан.
Всё дело – в выросших в полтора раза в 1-м квартале 2024 года расходах на, так называемую, «внутреннюю безопасность». Под этим понимаются расходы на Национальную гвардию Украины, расширение штатов Государственной пограничной службы и ТЦК, а также создаваемую Военную полицию. Расходы на эти структуры в настоящее время уже составляют 600 миллиардов гривен. Однако не исключено, что до конца года достигнут суммы в 900 млрд. гривен.
Следует сказать, что не всю эту сумму можно интерпретировать как «расходы на администрацию концлагеря». Национальная гвардия Украины частично задействуется в боевых действиях на фронте, хотя это не является её основной деятельностью. То же касается и Государственной пограничной службы, военнослужащие которой как занимаются отловом собственных граждан, пытающихся сбежать из страны, так и непосредственно участвуют в боевых действиях в качестве пехоты.
Однако, если учесть, что расходы непосредственно на оборону с прошлого года не выросли, то выросшие на 300 миллиардов гривен аппетиты силовиков – это дополнительный ресурс на то на то чтобы поймать украинца, отправить его в военную часть, а потом поймать когда он попытается убежать.
Украина – это страна в которой старый анекдот о том, что одна половина населения сторожит другую, становится кошмарной, причём, буквальной реальностью. Вопрос только в том за чей счет будет кормиться эта первая половина.
